Проект создан при поддержке
Российского гуманитарного научного фонда (грант № 05-04-124238в.)
РУССКИЙ ШЕКСПИР
Информационно-исследовательская база данных
Аничков Е. В. Какъ Вамъ это понравится
Источник:  Аничков Е. В. Какъ Вамъ это понравится. // Шекспир В. Полное собрание сочинений / Библиотека великих писателей под ред. С. А. Венгерова. СПб.: Брокгауз-Ефрон , 1903. Т. 3. С.  2-6.
2

Какъ Вамъ это понравится.

(As you like it).

                            О, что за свѣтъ, въ которомъ красота
                            Душевная тому отравой служитъ,
                            Кто ею надѣленъ!

Такъ сѣтуетъ въ «Какъ вамъ это понравится», вѣрный слуга Адамъ. Это восклицанiе выражаетъ основную мысль и старинной поэмы, найденной въ бумагахъ Чосера: «Гамелинъ». Подобно Орландо въ комедiи Шекспира, и герой комедiи «Гамелинъ», по смерти отца своего Джона-де-Бонди, такого же всѣми уважаемаго, отважнаго и богатаго рыцаря, какъ Роландъ-де-Буа, остается на попеченiи брата еще совсѣмъ ребенкомъ. Сыновей у Джона-де-Бонди было также трое. Онъ раздѣлилъ свое состоянiе между ними поровну, но старшiй сынъ, такой же коварный, какъ и Оливеръ, разорилъ имѣнiя Гамелина, а его самого сталъ держать при себѣ, какъ прислужника. Благородство и смѣлость Джона-де-Бонди однако, были живы въ мальчикѣ. Ему казалась нестерпимой его жизнь. Столкновенiе съ старшимъ братомъ стало неизбѣжно. И въ этой ссорѣ сразу обнаружилось, что корыстолюбивому старшему брату со всѣми его людьми не совладать съ Гамелиномъ. Пришлось идти на примиренiе, пообѣщать возвратить захваченное имущество. Это первая побѣда молодого удальца. Скоро ему предстоитъ прославиться и публично. Онъ побѣждаетъ въ единоборствѣ знаменитаго силача, только что сразившаго двухъ молодцовъ. Свидѣтели его подвига съ восторгомъ привѣтствуютъ наслѣдника доблестей Джона-де-Бонди. Съ цѣлымъ полчищемъ цѣнителей его силы и отваги возвращается Гамелинъ съ ристалища въ замокъ брата. Но ворота заперты; братъ не хочетъ его

3

болѣе принять. Гамелинъ принужденъ ворваться силой и, напугавши людей брата своей суровой расправой съ привратникомъ, своевольно, захватомъ, какъ у побѣжденнаго врага, расточить погреба на угощенiе своихъ гостей. Это третiй его подвигъ. Но онъ обойдѣтся, уже недешево. Хитростью старшему брату удается связать Гамелина и приковать въ залѣ замка къ столбу. Если бы не забота о немъ стараго Адама, ключника, преданнаго Гамелину совершенно такъ же, какъ онъ былъ преданъ и его отцу, молодому витязю пришлось бы умереть съ голоду. Адамъ даже тайно расковываетъ цѣпи Гамелина и только проситъ его сдѣлать видъ, что онъ еще прикованъ, пока не прибудутъ въ замокъ на пиръ аббатъ и прочiе монахи монастыря; они разсудятъ его съ братомъ и, разумѣется, заступятся за невинно-гонимаго. Предположенiямъ ключника не было, однако, суждено, осуществиться: аббатъ, келарь и другiе монахи слушаютъ навѣты старшаго брата и только подсмѣиваются надъ Гамелиномъ. Тогда наступаетъ ему время уже въ четверый разъ показать свою удаль и отомстить лукавымъ монахамъ. Но тутъ онъ вступаетъ уже въ борьбу со всѣмъ испорченнымъ и своекорыстнымъ обществомъ. На сторонѣ брата теперь оказывается уже и шерифъ, съ цѣлымъ войскомъ пришедшiй схватить Гамелина въ наказанiе за избiенiе монаховъ. Гамелину остается тогда лишь одно: уйти въ лѣсъ и зажить, какъ живутъ подобные ему смѣльчаки, пострадавшiе отъ несправедливости законныхъ властей.

Разсказъ о Гамелинѣ заканчивается не раскаянiемъ старшаго брата, какъ въ комедiи Шекспира, и вовсе не великодушiемъ по отношенiю къ нему младшаго. Напротивъ, Гамелинъ своимъ удальствомъ одерживаетъ въ концѣ концовъ полную побѣду надъ всѣми притеснителями и мститъ имъ безъ пощады и снисхожденiя. Пока онъ жилъ въ лѣсу среди изгнанниковъ и былъ избранъ ихъ королемъ, его братъ сталъ шерифомъ и воспользовался своей властью, чтобы объявить Гамелина внѣ закона; узнавъ объ этой новой и вящшей несправедливости, Гамелинъ рѣшилъ опять оказать сопротивленiе, но тутъ сила и отвага не могли болѣе помочь; теперь онъ посаженъ въ тюрьму властями. Спасенье на этотъ разъ приходитъ отъ другого брата; онъ взялъ Гамелина на поруки до верховнаго суда, когда рѣшится его участь. Гамелинъ пользуется этимъ, чтобы вновь уйти въ лѣсъ. Онъ приходитъ на судбище однако во-время, потому что поручившiйся за него братъ долженъ погибнуть въ случаѣ его неявки, но онъ приводитъ съ собою своихъ лѣсныхъ удальцевъ и производить жестокiй самосудъ надъ братомъ, шерифомъ и самимъ верховнымъ судьей. Это преступленiе уже осталось безнаказаннымъ. Зло было вырвано съ корнемъ. Король, къ которому послѣ своей своевольной расправы явился Гамелинъ, любилъ его второго брата. Онъ оцѣнилъ и прямоту самаго Гамелина и даже назначилъ его верховнымъ судьей.

Отъ разсказа о Гамелинѣ вѣетъ задорнымъ духомъ временъ Уатта Тайлора. Гамелинъ напоминаетъ Робинъ Гуда своимъ стремленiемъ установить подъ зеленой кровлей свободнаго лѣса свою собственную справедливость, недопускающую угнетенiя слабыхъ и судейскаго лицепрiятства.

Въ основу «Какъ вамъ это понравится» легла Лоджевская передѣлка «Гамелина»: «Розалинда или золотое наслѣдiе Юфуэса», гдѣ вся вторая половина разсказа съ момента бѣгства Гамелина совершенно измѣнена и иначе задумана. Шекспиръ придалъ драматическую форму повѣсти Лоджа, очень мало измѣнивъ ее и слѣдуя почти шагъ за шагомъ за ея текстомъ. Даже самое названiе комедiи Шекспира заимствовано изъ одной фразы посвященiя «Розалинды» лорду Гундсону и господамъ читателямъ.

«Розалинда» Лоджа написана, какъ это показываетъ и самое заглавiе, въ духѣ такъ называемаго юфуизма. Лоджъ ученикъ Лилли. Онъ не заботится о правдоподобiи, объ исторической правдѣ, о географiи; онъ уснащаетъ свой стиль антитезами, сравненьями, цитатами изъ классиковъ и французскихъ поэтовъ; и это даже тогда, когда онъ изображаетъ разговоры пастуховъ. Но дѣло не только въ манерѣ изложенiя; Лоджъ заботился не объ однихъ витiеватыхъ отступленiяхъ, поэтическихъ прикрасахъ и отборности выраженiй. Какъ отзывается Жюссеранъ о Лилли, Лоджъ также «водитъ насъ по всевозможнымъ цвѣтущимъ дорожкамъ, но какъ бы ни была причудлива внѣшняя форма его повѣсти, онъ неизбѣжно и безъ всякой оговорки ведѣтъ насъ къ проповѣди». Сообразно этимъ особымъ прiемамъ творчества, мятежный духъ удальства и отпора съ оружiемъ въ рукахъ общественной неурядицѣ исчезъ изъ разсказа о Гамелинѣ. Средневѣковую точку зрѣнiя замѣнили изнѣженная артистичность и ученый педантизмъ Возрожденiя. Лѣсъ, куда бѣжитъ молодой
4

скиталецъ, уже не притонъ лихихъ изгнанниковъ. Это условный романтическiй Арденскiй лѣсъ, гдѣ рядомъ съ ужасными львами пасутъ свои мірныя стада слащавые пастушки. Они устраиваютъ между собою поэтическiя состязанiя, какъ въ эклогахъ Виргилiя, изливаютъ въ сонетахъ свою пламенную любовь къ пастушкамъ, вырѣзываютъ на деревьяхъ любовные стихи. Повѣсть Лоджа должна была тѣшить чисто женскiй вкусъ. Героемъ оказался уже не суровый борецъ за свои права. Героиня – Розалинда, дочь также изгнаннаго узурпаторомъ изъ своихъ владѣнiй герцога. Лоджъ назыветъ его Торисмондомъ. Розадеръ, какъ зовется здѣсь Гамелинъ-Орландо, лишь достойный ея возлюбленный. Его подвиги ведутъ прежде всего къ тому, чтобы воспламенить сердце Розалинды. Въ кокетливой игрѣ съ этой дѣвушкой, столь же остроумной и живой, какъ и у Шекспира, и также одѣтой пажемъ, проходитъ все время его изгнанничества. Нравственно-наставительное направленiе сказывается здѣсь въ томъ, что вражду и ненависть старшаго брата побѣждаетъ великодушiе младшаго. Да и до этой странной сцены со львомъ Саладинъ, Оливеръ повѣсти Лоджа, въ вычурномъ монологѣ склоняется уже къ раскаянiю за свою жестокость и своекорыстiе. Къ тому же власти вовсе не на его сторонѣ. Узурпаторъ, Торисмондъ, соотвѣтствующiй Фридриху у Шекспира, пользуется столкновенiемъ двухъ братьевъ, чтобы объявить внѣ закона Саладина. Общественная струя поэмы «Гамелинъ» такимъ образомъ исчезла. Ее замѣнило примѣряющее съ жизнью и проникнутое вѣрой въ добро настроенiе. Лоджу принадлежитъ введенiе въ разсказъ сценъ дружбы и любви рядомъ со сценами борьбы и насилiя, такъ причудливо переплетающихся въ «Какъ вамъ это понравится».

Столь важный для хронологiи шекспировскихъ пьесъ трактатъ Миреса «Palladis Tamia» (1598) не упоминаетъ этой комедiи. Въ каталогахъ книгопродавцевъ она названа подъ 4-мъ августа 1600 г. Въ этомъ году всего вѣроятнѣе она и возникла.

Шекспиръ сохранилъ морализующiй тонъ Лоджа. Онъ также смотритъ на несправедливость и насилiе, какъ на нѣчто случайное и вполнѣ поправимое. Зло не присуще человѣческой природѣ. Впечатлѣнiе отъ дружбы Целiи и Розалинды, отъ преданности Адама, отъ благородства Орландо и раскаянiя Оливера усиливается еще прекраснодушiемъ изгнаннаго герцога, доходящаго до заявленiя, что «сладостны послѣдствiя несчастiй». И если въ повѣсти Лоджа собравшiяся въ Арденскомъ лѣсу жертвы насилiя Торисмонда-Фридриха идутъ на него съ мечами въ рукахъ, и читатель, закрываетъ книгу увѣренный въ неизбѣжности его гибели, у Шекспира Фридрихъ родной братъ герцога и онъ самъ отказывается отъ власти подъ влiянiемъ бесѣды съ какимъ-то старцемъ.

Однако и усиливая еще болѣе свѣтлый взглядъ на жизнь, Шекспиръ оттѣнилъ и понялъ несравненно глубже Лоджа самыя несправедливости и насилiя. Вниманiе не скользитъ по нимъ въ «Какъ вамъ это понравится» такъ легко, какъ въ «Розалиндѣ». Настроенiе самаго герцога, восхваляющаго жизнь, далекую отъ придворнаго блеска и почестей, хорошо понялъ Амьенъ, когда онъ говоритъ ему:

                           Жестокiе удары
                           Своей судьбы вы на такой спокойный
                           И сладостный языкъ способны быстро
                           Переводить.

Удары судьбы такимъ образомъ все-таки чувствуются. Прекраснодушiе герцога сплетено съ грустной иронiей надъ своимъ положенiемъ. Введенный въ разсказъ Шекспиромъ добрый шутъ Точстонъ (Оселокъ) на своемъ шутовскомъ языкѣ говоритъ въ сущности то же, что и герцогъ, когда онъ отвѣчаетъ на вопросъ пастуха Корина, какъ ему нравится сельская жизнь: «Какъ жизнь воздержанная, она, видите ли, вполнѣ соотвѣтствуетъ моимъ наклонностямъ, но какъ жизнь лишенная изобилiя, она совершенно противорѣчитъ моему желудку». Къ словамъ шута не надо относиться съ пренебреженiемъ. Въ нихъ то и выражается горькая правда. Философъ Жакъ, также введенный въ дѣйствiе уже самимъ Шекспиромъ, не даромъ послѣ знакомства съ этимъ Точстономъ приходитъ къ заключенiю, что только въ пестрой курткѣ шута можно высказать людямъ всю истину. Жака, о которомъ сложилось мнѣнiе «сѣвшее глубоко», что онъ уменъ, оттого такъ тянетъ дурачиться. И эта затѣя его осуществится. Пройдя черезъ притворное безумiе Гамлета, она поведетъ къ созданiю всеобщаго любимца – преданнаго злосчастному Лиру шута-моралиста.

Самъ Арденскiй лѣсъ вовсе не изображенъ въ «Какъ вамъ это понравится» тѣмъ благодатнымъ затишьемъ пастушеской жизни, въ которомъ развивается нравственно-наставительный

5

замыселъ повѣсти Лоджа. Шекспиръ не видитъ въ немъ обители для размышленiй; непосредственная мудрость не изгоняетъ здѣсь всецѣло изъ сердца человѣка все злое и порочное, что вкрадывается въ него среди соблазновъ и заблужденiй свѣта. Когда Жакъ задумывается надъ невинными слезами раненаго оленя, онъ ясно видитъ, что охота, это единственное утѣшенiе лѣсныхъ скитальцевъ, есть тоже несправедливость, тоже вопiющее насилiе. Нужды нѣтъ, что любимымъ героямъ Шекспира, Орландо и Розалиндѣ, убаюканнымъ на живописномъ лонѣ лѣса своимъ счастьемъ, такъ чужда и почти ненавистна меланхолiя Жака. Она, конечно, не можетъ сжиться съ звуками нѣжности и примиренiя, раздавшимися въ ихъ душѣ. Болѣе внимательно слушающiй безнадежную философiю Жака зритель невольно остановится мыслью надъ возможностью и менѣе благопрiятнаго исхода горестей и невзгодъ. Ведя все дѣйствiе къ благопрiятному исходу, Шекспиръ не хотѣлъ замолчать зло жизни. Не далѣе какъ черезъ годъ, когда изъ подъ его пера начнетъ выходить цѣлый сонмъ трагическихъ фигуръ, тяготѣющее надъ миромъ зло заполонитъ его воображенiе.

Въ отношенiи къ вереницѣ тѣхъ несправедливостей, которыя загнали дѣйствующихъ лицъ «Какъ вамъ это понравится» въ лѣсныя дебри, эта комедiя стоитъ такимъ образомъ гораздо ближе къ старинной поэмѣ о Гамелинѣ, чѣмъ къ юфуистической повѣсти Лоджа. Но зналъ ли Шекспир эту поэму? Одна небольшая подробность его комедiи совпадаетъ съ соотвѣтственной сценой «Гамелина». Отецъ сраженныхъ въ единоборствѣ силачемъ Карломъ молодцевъ у Лоджа предается стоическимъ размышленiямъ и не выказываетъ ни малѣйшаго огорченiя по поводу гибели своихъ сыновей. У Шекспира, напротивъ, какъ и въ поэмѣ «Гамелинъ», онъ горько жалуется на постигшее его горе. Тутъ, конечно, можетъ быть и совпаденiе. Шекспиръ быть можетъ отступилъ здѣсь отъ текста Лоджа ради простого правдоподобiя. Однако, если извѣстный шекспирологъ Хельзъ показалъ такъ убѣдительно, что великiй драматургъ читалъ Чосера, то трудно предположить, чтобы ему осталась незнакома поэма о «Гамелинѣ»: она входила въ Кентерберiйскiе разсказы и считалась созданiемъ ихъ творца.

Воспользоваться такими эпизодами поэмы о Гамелинѣ, которыхъ нѣтъ у Лоджа, Шекспиру во всякомъ случаѣ не представлялось никакой возможности. Комедiя не могла вмѣстить даже всѣхъ тѣхъ эпизодовъ, которые вошли въ «Розалинду» Лоджа. Къ перiоду полной зрѣлости его таланта, какъ драматурга, Шекспиру все болѣе удается достигнуть единства дѣйствiя. И это даже несмотря на то, что онъ подчасъ становится еще разнообразнѣе, еще осложненнѣе. Дѣйствiе все болѣе сосредоточивается на катастрофѣ. Въ перипетiяхъ Гамелина‑Розадера‑Орландо катастрофу составляетъ гибель старшаго брата въ поэмѣ и раскаянiе его у Лоджа и Шекспира. Сообразно этому въ «Какъ вамъ это понравится» самая борьба Орланда и Оливера изображена лишь на скоро въ первомъ дѣйствiи. Шекспиръ могъ отмѣтить только самые главные ея моменты. Такъ онъ совершенно выпустилъ находящiяся и у Лоджа сцены угощенiя младшимъ братомъ цѣнителя его удальства, а старшимъ братомъ аббата монастыря. Надо было какъ можно скорѣе перенести дѣйствiе въ Арденскiй лѣсъ. Но и тутъ событiй было слишкомъ много и ихъ нельзя было всѣ сохранить цѣликомъ. У Лоджа напримѣръ Оливеръ вмѣстѣ съ братомъ спасаетъ Алинду‑Целiю отъ разбойниковъ, хотѣвшихъ схватить ее и отвести къ отцу въ надеждѣ на вознагражденiе. Въ «Какъ вамъ это понравится» эпизодъ этотъ пропущенъ.

Путемъ подобныхъ сокращенiй, сложное и запутанное содержанiе комедiи Шекспиръ расположилъ въ сравнительно короткiй промежутокъ времени. Опредѣлить его мало-мальски точно, разумѣется, нѣтъ возможности. Совершенно очевидно однако, что первое дѣйствiе обнимаетъ событiя трехъ, четырехъ дней. Силачъ Карлъ приходитъ къ Оливеру въ то самое время, когда у него происходитъ ссора съ братомъ. Единоборство произойдѣтъ, по его словамъ, на слѣдующiй день. Между первымъ явленiемъ перваго акта и вторымъ явленiемъ, когда изображается побѣда Орландо, проходитъ такимъ образомъ ночь. Объявленiе Фридрихомъ Розалиндѣ приговора объ ея изгнанiи и рѣшенiе двоюродныхъ сестеръ бѣжать вмѣстѣ могло имѣть мѣсто либо тотчасъ послѣ единоборства, либо нѣсколькими днями позже. Труднѣе опредѣлить время дѣйствiя второго акта. Наступаетъ онъ несомнѣнно не сразу послѣ перваго. Розалинда и Целiя успѣли уже пробраться

6

до Арденскаго лѣса, а путь ихъ, судя по ихъ усталости, былъ дологъ. Между третьимъ явленiемъ того же акта и шестымъ и седьмымъ явленiями столько же времени приблизительно нужно и Орландо, чтобы прибыть вмѣстѣ съ Адамомъ въ тотъ же лѣсъ. Но съ этого момента, т. е. съ перваго явленiя третьяго акта, развитiе дѣйствiя начинаетъ уже ускоряться. Счастливая развязка близится уже безъ малѣйшей проволочки. Между вторымъ и третьимъ дѣйствiями вѣроятно опять прошло нѣсколько дней, пока Орландо успѣлъ столько разъ вырѣзать на деревьяхъ имя Розалинды и излить свою любовную тоску въ столькихъ стихахъ; нѣсколько дней понадобилось и Точстону, чтобы составить себѣ ясное представленiе о жизни въ лѣсу; но событiя самаго третьяго акта занимаютъ лишь одинъ день. Уже утромъ слѣдующаго дня начинается четвертый актъ. Въ первой же встрѣчѣ съ Орландо въ четвертомъ явленiи третьяго дѣйствiя, Розалинда назначаетъ ему придти на слѣдующiй день. До разговора ихъ въ четвертомъ актѣ прошла стало быть одна только ночь. На этотъ разъ свиданiе назначается уже черезъ часъ. Тутъ Орландо спасаетъ брата отъ львицы, и Оливеръ приноситъ, можетъ быть, только съ нѣкоторыми часами опозданiя его окровавленный платокъ Розалиндѣ, чтобы объяснить, почему Орландо не явился въ условленное время. Пятый актъ изображаетъ событiя слѣдующихъ двухъ дней.

При такой стремительности дѣйствiя о его большомъ правдоподобiи нечего было и думать. Шекспиръ о немъ и не задумывался. Только пастухи у него немного менѣе литературны, чѣмъ у Лоджа; они не поютъ эклогъ и не морализуютъ на тему о прелестяхъ жизни далекой отъ свѣтской суеты. Возлюбленный Фебэ не сочиняетъ также стиховъ по французски, лишь сама Фебэ оказывается не только грамотной, но и одаренной поэтическимъ талантомъ. Все остальное такъ же невѣроятно и неожиданно, какъ и у Лоджа. Но вниманiе и не успѣваетъ анализировать событiй. Сами дѣйствующiя лица, очерченныя такъ метко и живо, заслоняютъ собою сюжетъ. Заслоняетъ его и широко задуманная философская сторона пьесы. Дѣло не въ сюжетѣ. Молодцоватый, прямой и честный Орландо, прекраснодушный герцогъ, меланхоликъ Жакъ, преданный и вдумчивый Точстонъ и наконецъ сами Целiя и Розалинда, они всѣ глубоко правдивы и вовсе не условны.

Менѣе очерченными остались Оливеръ и узурпаторъ Фридрихъ. Ихъ раскаянiе слишкомъ поспѣшно и мало обосновано. Если справедливо предположенiе Ольдисъ Райта, что комедiя «Какъ вамъ это понравится» написана на скорую руку, то иначе и быть не могло. Позднѣе Шекспиръ однако еще разъ задумается надъ психологiей раскаянiя. Когда герцогъ, скрывающiйся отъ преслѣдованiй брата-узурпатора, станетъ кудесникомъ Просперо въ «Бурѣ», исправленiе заблужденiй человѣческой природы путемъ великодушiя будетъ изображено Шекспиромъ уже не въ двухъ-трехъ словахъ. Оно окажется въ самомъ центрѣ драматическаго замысла. Тогда и честный приближенный Фридриха ле-Бо, предупреждающiй Орландо о грозящей ему при дворѣ опасности, станетъ ученикомъ Монтэня‑Гонзало.

Розалинда и Целiя заставляютъ вспомнить о Беатриче и Геро въ «Много шуму изъ ничего». Но развитiе ихъ характеровъ слегка сгладилось. Геро, превратившись въ Целiю, раньше чѣмъ стать Офелiей, Дездемоной и Имогеной, позаимствовала не мало задора у своей подруги. Въ ней оказалось гораздо больше жизненной энергiи и остроумiя, чѣмъ раньше. Съ другой стороны и Розалинда въ этой комедiи далеко не та странная и сильная душою дѣвушка, какую мы видѣли въ Беатриче. Превратившись вновь въ Розалинду, какъ она называлась и въ «Безплодныхъ усилiяхъ любви», она стала податливѣе и мягче. Конечно и прежде она могла бы воскликнуть словами Марло изъ «Геро и Леандра», которыя приводитъ Фебэ:
                              Къ кому любовь не приходила сразу!
но она раньше не поддавалась охватившему ее чувству: она боролась съ нимъ и обманывала самое себя. Розалинда теперь стала непосредственнѣе. Узнавъ, что Орландо здѣсь, въ лѣсу, что онъ любитъ ее и вырѣзываетъ на деревьяхъ ея имя, она въ отчаянiи, что ей вздумалось разыграть роль мужчины. Если она не открывается сразу Орландо, дразнитъ его, играетъ его любовью къ ней, то наединѣ съ Целiей она признается съ полной искренностью въ своемъ чувствѣ.

Евг. Аничковъ.

©

Информационно-исследовательская
база данных «Русский Шекспир», 2007-2019
Под ред. Н. В. Захарова, Б. Н. Гайдина.
Все права защищены.

russhake@gmail.com

©

2007-2019 Создание сайта студия веб-дизайна «Интэрсо»

Система Orphus  Bookmark and Share

Форум «Русский Шекспир»

      

Яндекс цитированияЭлектронная энциклопедия «Мир Шекспира»Информационно-исследовательская база данных «Современники Шекспира: Электронное научное издание» 
 Каталог сайтов: Театр
Каталог сайтов - Refer.Ru Яндекс.Метрика


© Информационно-исследовательская база данных «Русский Шекспир» зарегистрирована Федеральной службой
    по надзору за соблюдением законодательства в сфере СМИ и охраны культурного наследия.

    Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-25028 от 10 июля 2006 г.